03:33 

EXO - фанфик. CVG: random (часть 3 - end)

Корейский Песец
I have another wind to ride ©
Название: CVG: random или КВИ: метод научного тыка
Автор: Корейский Песец
Пейринг: Кай (Ким Чонин)/Лухан (Лу Хань), фоном пробегали Крис/Сухо
Рейтинг: 18+
Жанр: футуристика, vrl-AU, юмор/стёб, пост-киберпанк
Размер: 21 000
За баннер большое спасибо Loquena :heart:
Предупреждения: CVG - complication virtual games или КВИ - компликационные виртуальные игры. NB! Действие происходит в двух разных реальностях.
Примечания: порненько, задорненько, не вызывает привыкания - просто комедия на поржать с соответствующей атрибутикой.




Пауза
Идёт сохранение игры
Загрузка


Кай пожал плечами и выдернул губку изо рта бедняги.

― Всё расскажу, ― заявил тот, едва смог говорить нормально.

― Отлично. Кто торгует оружием? ― Хань уселся напротив "Валета" и принялся поигрывать паяльником как пистолетом.

― Да чтоб я знал!

― Так не пойдёт, ― устроившись на диване, одёрнул "Валета" Кай. ― Как покупают оружие "Ловкие"?

― Ну... ― "Валет" с опаской покосился на паяльник в руках Ханя и сглотнул. ― Они формируют заказ и отправляют его.

― Куда? ― Хань постарался улыбнуться очень мило, но "Валет" побледнел и даже попытался отодвинуться от него подальше, увы, тяжёлый стул и отлично зафиксированные конечности не позволили ему совершить подвиг.

― На специальный сайт. Называется "комсан.олт".

Кай немедленно полез проверять, есть ли такой сайт, и что там особенного.

― Там бланки, ― торопливо подсказал "Валет". ― Надо просто заполнить и ждать, когда придёт ответ. В ответе напишут время и место встречи. И стоимость.

― И всё?

― Ну да. Не смотрите так. Сайт защищён, проколов никогда не было.

― А что на самих встречах?

― Обычно на складах ― порт или за городом где-нибудь. Сначала деньги, потом товар.

― Кто деньги-то забирает? ― Хань шутливо наставил на типа импровизированный пистолет и сделал вид, будто тщательно прицеливается.

― Мужик в маске, ― хмуро отозвался "Валет".

― Ваши заказы делали? ― спросил от стола Кай.

― Естественно.

― Ладно, диктуй.

― Что диктовать?

Хань уставился на Кая с немым вопросом в глазах точно так же, как и "Валет".

― Что вы в бланках обычно пишете. Сейчас заполним и отправим. И будем ждать ответ. Мужик точно один?

― Ну да.

― А пробовали его прижать?

― Один раз. "Червовые". Их уже полгода как нет на этом свете.

― И как один мужик их так раскатал?

― Откуда я знаю? Меня там не было. Никто не знает.

Хань задумчиво почесал бровь стержнем паяльника и вздохнул. История ему всё больше и больше не нравилась. Если торговец один, то как смог угробить целую банду?

Кай тем временем ловко заполнил бланк заказа, отправил и включил систему оповещения для писем.

― А я? ― робко напомнил о себе "Валет".

Хань и Кай переглянулись. "Валет" им теперь больше мешал, но просто отпустить ― плохой вариант. Запомнит адрес, притащит подмогу... На кой такие неприятности? Посовещавшись в другой комнате, решили огреть "Валета" по башке, отволочь в машину и выкинуть где-нибудь подальше. Заодно и сигнал сработал, сообщив о письме. Им полагалось привезти в одиннадцать вечера двести тысяч наличными на старую лесопилку за городом. По пути можно и "Валета" где-нибудь выгрузить.

― Предлагаешь терпеть его тут до одиннадцати? ― возмутился Хань.

― До десяти. Пока доберёмся, осмотримся...

― Всё равно! Он мне тут не нужен.

― И что ты предлагаешь? ― развёл руками Кай и перешёл с шёпота на нормальную громкость: ― Лично у меня других идей нет. Зато ты всегда можешь поиграться с паяльником.

― Очень смешно.

В гостиной загремело. Они кинулись туда и обнаружили, что "Валет" без сознания.

― Хлипкий какой-то, ― презрительно фыркнул Хань.

― Да не, нормальный. Угроза паяльником ― жесть. Зато, видишь, он смирный. Потерпишь до десяти.

― Чёрта с два. ― Хань отложил злосчастный паяльник и вздохнул, потом просиял. ― Пойдём-ка!

― Куда?

― Шевели копытами.

― Да куда?

― Топай-топай... ― Хань вытолкнул Кая из квартиры, прихватил куртку и направился к лифту. Он проголодался, поэтому нашёл идеальный выход из положения ― решил перекусить где-нибудь. Как раз до десяти успели бы.

После короткого спора Ханю удалось втиснуть Кая на место пассажира. Он обошёл машину и хотел сесть сам, но увидел у дома уже знакомого дедка. Тот приветливо ему помахал:

― А, студенты-художники! Как статуя?

― Ещё в работе, ― сверкнул улыбкой Хань и поспешно юркнул в салон, пока дедок ещё что не спросил. ― Художник... тоже мне...

― Хорошая профессия, ― пожал плечами Кай и опустил козырёк, чтобы полюбоваться на себя в зеркало.

― Не сомневаюсь. Да хватит уже улыбаться собственному отражению, нарцисс.

― Предпочитаешь, чтобы я улыбался тебе?

― Неплохо бы. ― Хань вырулил на центральную полосу и двинулся прямо, перебирая в голове известные ему заведения. Остановился на итальянском ресторане и свернул к центру города.

Они ехали молча. Хань смотрел вперёд, а Кай ― на тротуары. И Ханю не давало покоя то обстоятельство, что Кай ― игрок. Он пытался придумать, как именно это можно проверить. Ничего умного в голову не приходило. Не спросишь же прямо. Можно попробовать издалека, но...

― Сколько тебе лет?

― Что?

― Сколько тебе лет? ― терпеливо повторил Хань, вспоминая "возрастной порог" в игровой реальности. В реальности нормальной ― двадцать три, а здесь? Кажется, такой же.

― Зачем тебе? Точно не девятнадцать, так что тебя за моё совращение не посадят.

― Что?! ― задохнулся от ярости Хань. ― Совращение?

― Ну да. Не паникуй, говорю же ― не посадят.

― Ладно. ― Вдох-выдох. ― Тебе двадцать один?

Кай промолчал, даже голову не повернул.

― А откуда ты родом?

Хань пошевелил мозгами. На общем Кай говорил без акцента. Ну, то есть, с характерным восточным акцентом, конечно, с точно таким же, с каким говорил сам Хань. Другие языки Хань не пробовал, да и Кай сам не переключался на них. Его имя ― или ник ― вполне могло быть как общим, так и китайским. Чёрта с два поймёшь. Выглядел Кай довольно типично для Юго-Восточной Азии. Не на все сто, но всё же. И он хорошо знал город, а город соответствовал реальному, значит... Значит, они оба из одной страны и из одного города. В городе три диаспоры: китайская, корейская и южная. Кай с равным успехом мог принадлежать к любой из них, поскольку вписывался как в южно-китайский типаж, так и в корейский или южный.

А если так?

― Откуда ты приехал? ― Хань спросил это на родном языке, но результата не добился. Кай вновь не отреагировал и не посмотрел на него, сидел точно так же, как и раньше. И чёрта с два поймёшь, то ли он не понял, что спросил Хань, то ли по-прежнему не желал отвечать. Хань не намеревался сдаваться, поэтому повторил вопрос по-корейски. И снова с тем же результатом. Южными наречиями он уже не владел, поэтому напрягаться дальше было попросту бесполезно.

Хань грустно подытожил, что знает о Кае немногое. Студент Академии, ему меньше двадцати трёх, экстремал. Всё. Ни факультета, ни специальности, ни происхождения. Хотя... Порт! Кай сам сказал, что хорошо знает порт и портовые окрестности. Это не проливало свет на его происхождение, но чуть сужало область поиска. Скорее всего, Кай жил где-то в той части города ― в реальности.

А ещё Хань вспомнил вопросы системы о пожеланиях к игре и партнёру. И если они с Каем выпали друг другу, то их предпочтения... Да, получалось так, что Хань соответствовал предпочтениям Кая точно так же, как Кай соответствовал предпочтениям Ханя. Идеальное совпадение? Или просто случайность?

В ресторане Кай оставался всё таким же отстранённо-невозмутимым, но Хань внимательно следил за ним, поэтому быстро понял, что обстановка несколько непривычна для него. Пожалуй, он точно не светская особа, попроще. Неплохое воспитание, но до уровня Ханя ему ещё расти и расти. С другой стороны, деловая хватка у него лучше. В уме он считал деньги и видел выгоду куда быстрее, чем Хань. Если Хань сам себя считал теоретиком, то Кай был его противоположностью ― практиком. И это проявилось уже тогда, когда они оба только делали заказ. Пока Хань тасовал идеи и прикидывал возможности в перспективе, Кай сделал обстоятельный и сытный заказ, уложившись в достаточно скромную сумму. Причём заказ сделал сразу на две персоны и умудрился выбрать для Ханя удачные блюда. Не то чтобы он везде попал именно в "яблочко", но точно ни разу не промахнулся. А ведь Хань особо не говорил о своих предпочтениях в еде.

Хотелось задать уйму вопросов, но Хань запретил себе это. Да и Кай вряд ли бы ответил.

Им принесли кофе и попросили подождать десять минут. И они в молчании пили кофе, вслушиваясь в тихую мелодию, разлетавшуюся по уютному залу. Столики тут друг от друга отделяли перегородки, сплетённые из тонких лоз ― красивая стилизация. Причём перегородки были с трёх сторон, четвёртая оставалась открытой. Напоминало виноградники. Хань и Кай сидели за столом лицом к лицу, и только по правую руку для Кая и по левую для Ханя не хватало перегородки.

Хань поставил чашку на стол и вновь раскрыл меню. Дозаказывать ничего не собирался, хотел просто просмотреть ещё разок.

― Тебя так сильно волнует мой возраст? ― внезапно спросил Кай.

Хань удивлённо посмотрел на него и машинально пожал плечами.

― Это не идея-фикс, если что. Просто стало интересно. Не знал, что это тайна. Если не считать того, что тебе точно меньше двадцати трёх, и сам купить спиртное ты не сможешь.

― А что для тебя идея-фикс? Хотя не говори, кажется, я знаю.

― Вряд ли, ― тонко улыбнулся Хань.

― Тогда, должно быть, это моя идея-фикс? ― Кай легко отзеркалил улыбку Ханя, неожиданно отобрал меню, превратил развёрнутые корочки в импровизированную перегородку и левой рукой притянул Ханя к себе. Вкус кофе на горячих губах, томная медлительность, дразнящие быстрые касания языком... Хань прикрыл глаза, наслаждаясь чувственной игрой и приличной дозой адреналина в крови. Прямо сейчас к ним мог подойти официант, или кто-то из других посетителей сообразил бы, что они делают. Подобное поведение в общественных местах запрещалось ― в реальности. В игре, как понял Хань, тоже. Но прямо сейчас они с Каем бессовестно нарушали закон и не чувствовали за собой вины.

Кай отстранился и медленно облизнул губы. В тёмных глазах загадочно мерцали озорные искорки.

Засранец.

Хань тоже сел прямо и перевёл дух. Его губы сладко ныли и просили большего. Наверное, потому что вкус кофе на губах Кая был особенным. Хань с досадой осознал, что у него опять в голове не осталось никаких мыслей, кроме одной ― "порнография". И отмазка "это просто недотрах" больше не работала. Самое время вспомнить о сакраментальном "я в полной заднице" и нарисовать новую Жэ на листе календаря.

Кай удивлял и озадачивал. Не хотел отвечать на вопросы, не говорил о себе, уступал прежде инициативу Ханю, а тут вдруг... Или это он надеялся так избежать других вопросов?

Наконец принесли их заказ, расставили всё на столе и позволили перейти к еде.

Хань ел неторопливо, продолжая наблюдать за Каем. Отмечал всякие мелочи для себя. Просто так.

― Нет аппетита?

― Почему? Просто не люблю спешить...

― Неужели? ― Кай спрятал улыбку за чашкой кофе.

― Если ты надеешься, что я буду тебя лапать под столом... Закатай губу.

― То есть, это ты надеешься, что лапать под столом тебя буду я?

Хань не отказался бы ― в реальности. Не в игре. Быть может, Ифань сказал правду, что к КВИ быстро привыкают, но сам Хань никогда не искал убежища в виртуальности. И он уж точно не собирался заменять реальность фантазиями. Он предпочитал фантазии делать реальностью.

― Не сейчас, ― уклончиво ответил он. ― Как думаешь, что за козыри в рукаве у того типа с оружием?

― Либо особая подготовка, либо он не один, ― мгновенно сосредоточился на деле Кай. ― Либо дело в случайностях.

― В каком смысле?

― В том, что "Червовых" порешил кто-то другой. Кто-то, кому выгодно остаться в тени и свалить вину на торговца. А торговцу выгоден слух, что это его рук дело ― хорошо для бизнеса и репутации. Проще говоря, к нам это уже не относится.

― Почему ты так думаешь?

― Потому что слишком уж всё просто, а история с "Червовыми" удачно сюда липнет. Не знаю. Интуиция? ― Кай пожал плечами. Да, он определённо не дружит с теорией и предпочитает практику. Зато Хань без труда мог развить его мысль и достроить теорию, чтобы признать ― в этом что-то есть.

― Считаешь, у нас не возникнет проблем?

― Не знаю. Какое у тебя вообще задание? Прижучить торговца?

― Вообще-то, нет. Всего лишь установить его личность.

― Поймаем, обездвижим, зафотаем ― и готово, ― развеселился Кай. ― Ты издеваешься?

― И не думал. Только, похоже, нам придётся всё же арестовать беднягу.

― Хорошо, что ты не стал далеко убирать паяльник, пригодится.

― Помолчи, умник. Я не намерен таскать новые "статуи" ― мне за это не платят.

― А я вообще бесплатно работаю, между прочим.

― Ты вроде хотел обратно в Академию, нет?

Кай вздохнул, отмолчался и поднёс к губам чашку.

Интересно, а он сам какую игру выбирал? И ведь так просто не спросишь...

Кай задумчиво закусил нижнюю губу, потом облизнул её языком. Порнография. Хань тоскливо отвёл глаза, чтобы мозг не буксовал на месте. Забавно, а может ли быть такое, что Кай, глядя на него, думает то же самое ― "порнография"? Было бы весело.

― У тебя... были раньше постоянные отношения с кем-нибудь? ― Хань рискнул и спросил в лоб.

Кай покрутил в руках чашку, смерил его быстрым испытывающим взглядом, опять уставился на кофе в чашке и лишь после этого едва заметно качнул головой.

Ну хоть что-то...

― Только интрижки на одну ночь? ― не удержался от улыбки Хань.

На этот раз Кай одарил его прямым и долгим взглядом. То ли обида, то ли недовольство, то ли странное отчуждение ― Хань так и не смог разобрать, какие именно чувства сплелись в этом взгляде.

― Мне не двадцать три. И у меня не было постоянных отношений. Но это не значит, что ко мне надо относиться, как к наивному ребёнку. Твоих "постоянных отношений" я тоже что-то не вижу, кстати. Или они оказались не такими уж и постоянными?

― В точку. ― Хань умел держать удар. ― Но я так глубоко не смотрел, просто спросил, потому что мне интересно.

― Интересно что?

― Ты.

Кай привычно промолчал, вновь уставился на кофе в чашке и слегка закусил губу. Смущённым не выглядел, но нотки смущения ― совсем немного ― присутствовали. Причём Хань ощущал это в большей степени интуитивно и вряд ли смог бы внятно объяснить, откуда именно взялось это ощущение.

― Сколько осталось времени?

Хань вздрогнул от неожиданности и машинально посмотрел на часы.

― Э... ещё можем посидеть тут немного, закругляться стоит через полчаса.

― Тогда посиди, мне нужно кое-что сделать. Через полчаса вернусь. ― Кай выбрался из-за стола и ушёл раньше, чем Хань смог найти нужные слова для возражений.

― Система, сохранение игры, ― мрачно пробурчал он и поковырялся вилкой в тарелке.

Чёрт, где ж он лопухнулся? Какой вопрос или фраза заставили Кая сбежать? Юный, дерзкий, немного нагловатый, упрямый ― не такая уж и редкость. Другое дело, что это игра, и Хань столкнулся с игровым образом, если верить Чунмёну. Но суть даже игрового образа имела реальное происхождение. У самого Ханя особого разлада между собой настоящим и собой в игре не ощущалось, но мог ли он сказать то же самое о Кае? Не с чем сравнивать, ведь Кай для него всегда существовал только в игре.

Если подумать... Если Кай на самом деле ответственный, спокойный и сдержанный, и он обычно подавляет в себе упрямство, мятежность и всё остальное, хочет иногда это показать, но считает недостатками... Отсюда логично проистекала скрытность. Он не хотел, чтобы его узнали. Желал остаться просто персонажем из игры, которому всё можно. Интересно, но плохо. При таком раскладе шансы найти Кая в реальности стремились к нулю. И для Кая игра была лишь способом добрать то, чего ему не хватало, разрядкой.

Хань глотнул кофе и вновь задумался.

Вряд ли Кай лгал, когда говорил об экстремальных занятиях. Игра игрой, но хотя бы в снаряжении для прыжков он точно разбирался. И водил пусть на грани самоубийства, но уверенно и мастерски. Значит, правду сказал. Хань не представлял, сколько в городе экстрим-клубов, но подозревал, что не пять и даже не десять. Гадство... Да и Кай не обязан состоять в клубе, он мог быть и одиночкой. Ещё гаже...

Хотя... Всякие фестивали и состязания точно проводили время от времени. Придётся, значит, на них походить и поискать Кая там.

В десять все собрались в квартире: Хань, Кай и "статуя".

― Чем бы ему по голове приложить...

― Да ничем не надо. Чудак, будешь молчать, понял? Тихо всё провернём ― отпустим, громко ― прикончим. Ясно?

― Хм...

Кай молча запихнул "Валету" в рот многострадальную губку, отвязал от стула и завернул в покрывало. Хань привычно ухватился за ноги. Выволокли свой груз из квартиры они без эксцессов, спустились в кабине лифта, дотащили до машины и затолкали "Валета" в салон. К счастью, обошлось без свидетелей и пространных объяснений о том, куда это два "художника" волокут "статую" на ночь глядя. И "Валета" они выгрузили у заправки на окраине города, отбуксировали в сортир, врезали по башке и заперли в дальней кабинке. С чувством выполненного долга купили две бутылки минералки, запили это дело и отправились к лесопилке.

Вот тут и возникли непредвиденные сложности.

Хань прилепил карту к собственному лбу, тяжко вздохнул и подытожил:

― Должно быть, нелегко приходится преступникам.

― Дай поглядеть. ― Кай деловито отобрал карту и посветил фонариком. ― Вроде правильно всё.

― Угу. Ты лесопилку видишь?

― Нет.

― Чудесно. Я тоже не вижу. Но она должна быть здесь. ― Хань опять вздохнул и выразительно ткнул пальцем в лобовое стекло. За стеклом красовалось чистое поле, убегавшее вдаль от дороги и тонувшее во мраке ― свет от дорожных фонарей туда не добирался.

Они переглянулись и снова зашуршали картой. Нет, ничего не пропустили. Сворачивали тоже правильно. Количество километров тоже совпадало. Лесопилки не было. По факту. На карте ― ещё как была.

― Может, её снесли? ― минут через семь предположил Кай.

― Специально перед нашим приездом? ― ядовито уточнил Хань.

― Нет, вообще. То есть, лесопилка ― просто ориентир.

― Думаешь, такое возможно?

― Проверим. Что мы теряем?

В самом деле.

Они выбрались из салона и полезли в высокую траву. Хань на ходу достал пистолет, проверил, взял ли фонарик, и пригнулся на всякий случай. Дорожные фонари давали слабый свет, а в густой траве под ногами вообще ничего не было видно. Где-то рядом шуршал травой Кай. По крайней мере, Хань от души надеялся, что это именно Кай шелестит справа.

― Есть что-нибудь? ― прошипел он в нужную сторону.

― Много травы.

― Угу. Ты тоже чувствуешь себя идиотом?

― Давай ты будешь спрашивать о хорошем? ― немедленно огрызнулся Кай. ― Чёрт...

Что-то подозрительно заскрипело, а потом негромко хлопнулось на землю.

― Ты вписался в дерево головой?

― Иди ты... тьфу! Какой-то козёл тут оставил лестницу.

― Почему сразу козёл?

― Поэтому?

Над травой что-то пролетело и упало рядом с Ханем. Он нашарил снаряд и опознал в нём старый козлиный череп.

― Это могла быть и коза.

― С такими рогами?

― Ну... Откуда это вообще?

― Ты меня спрашиваешь?

Хань озадаченно почесал висок дулом пистолета, потому что теперь голос Кая определённо звучал слева от него, однако справа тоже шуршало что-то крупное. Стало слегка не по себе.

― Что у тебя-то?

Хань промолчал, поскольку отвечать при таких обстоятельствах опасался. Он прислушался и определил, что шуршало и слева, и справа, хорошо так шуршало, то есть это явно не ветер, а человек. Люди. Двое. Один из них ― Кай, второй... не Кай. И почему-то голос Кая звучал слева.

Темно, ни черта не видно, всюду высокая густая трава, и с двух сторон в сторону Ханя двигались люди.

― Я в полной заднице... ― почти беззвучно пробормотал Хань и медленно опустился на корточки. Очень хотелось выудить из кармана фонарик и посветить. Куда-нибудь.

Хань чуть не задохнулся, когда твёрдая ладонь закрыла ему рот.

― Тихо. ― Горячие губы почти коснулись его уха. ― Это я. Он слева.

Замечательно просто. Но именно слева Хань и слышал голос Кая.

Слева сухо треснуло и снова зашуршало. Хань сжал пистолет обеими руками.

― О, художники? И как ваша статуя? ― Хань зажмурился ― из тьмы внезапно вырвался сноп яркого света. Зато он узнал дребежащий голос того самого старичка. А потом над самым ухом громыхнуло. И лишь спустя минуту полуоглохший и полуослепший Хань сообразил, что это был выстрел. Может, даже не один.

Первым делом Хань на ощупь нашарил рядом Кая.

― Чёрт... Поосторожнее, ― обрычали его.

― Что?

― Ничего.

― Откуда... Почему? Это он, что ли, торговал оружием? Тот дедок?

― Понятия не имею, но он точно пытался нас прикончить. Хотя бы меня.

― Прикончить? ― Хань поморгал, проясняя зрение, и обнаружил, что вцепился в ногу Кая. В ту самую ногу, в которую Кая подстрелили. ― Вот чёрт!

Хань деловито достал фонарик, сунул в зубы Каю и осмотрел рану. Кровь, подумаешь, игровая кровь, значит, поддельная.

― Вроде рана не опасная. Кровь идёт, но не сильно. Навылет?

― Сомневаюсь, ― пробормотал Кай, взял фонарик в руку и посветил на рану.

― Значит, придётся пулю выковыривать из тебя. Это плохо. Но кровь не будет идти сильно ― в больницу успеем. Это хорошо. Идти сможешь?

― Ты бы сначала посмотрел, что с тем типом.

Хань кивнул, отобрал фонарик, сбегал к дедку.

― Мёртвый труп, ― объявил он. ― Ты ему прямо в голову попал. Два раза.

― А трупы бывают живыми? И я попал один раз, второй ― это уже ты. И знаешь, когда будешь стрелять в следующий раз, смотри, чёрт бы тебя побрал, куда именно ты стреляешь.

Хань легкомысленно пожал плечами. Происходящее здесь и сейчас не казалось ему реальным. Может, из-за адреналина, может, из-за чего-то иного. Он не мог усидеть на месте и не представлял, куда себя деть. Кинулся обратно к Каю и помог бедняге подняться на ноги. Кровотечение почти остановилось, так что и без повязки можно было обойтись.

Они двинулись в сторону дороги медленно и осторожно. Кай уцепился за плечо Ханя, а Хань крепко обхватил его за пояс. Кай молчал, хотя наверняка хотел ругаться в голос от боли в ноге.

― Но почему дедок? ― недоумевал Хань. ― Кстати, как ты оказался сначала справа, потом слева и опять справа?

― Всё время. Был справа, ― отрывисто ответил Кай и закусил губу. ― Там просто. Была труба.

― Какая труба?

― Какая-то. Узкая труба. Торчала из земли.

― Ты говорил в трубу?

― Да.

― Зачем?

― Просто так. Отцепись, ладно?

― Господи, даже мимо трубы пройти не в силах, обязательно надо подурачиться.

― Иди к чёрту. Удачно же получилось.

― Да я чуть не умер от инфаркта, когда услышал тебя слева, придурок!

― Жаль, я рассчитывал прибить инфарктом не тебя.

― Как нога? ― забеспокоился Хань, различив тихий стон.

― Сам как думаешь?

― Интересно, а больно по-настоящему? ― Этот вопрос он задал раньше, чем успел прикусить себе язык. Ещё успел подумать, что, скорее всего, болевые ощущения в самом деле реальны. Затем Кай остановился.

― Э... ― Меньше всего Ханю сейчас хотелось смотреть Каю в лицо. ― Давно играешь?

― Система, завершение игры.

― Эй...

Хань заморгал, обнаружив себя внутри кабины.

― Какого чёрта?

― Активно сохранение локации "ресторан". Желаете перезапустить игру с точки сохранения, господин Лу?

― Да, ― решительно ответил он и уставился на монитор.

Зелёный узор мигал полминуты.

― Господин Лу, перезапуск невозможен без второго игрока. Желаете запустить новую игру или хотите выбрать нового игрока для продолжения старой игры?

― Желаю продолжить с тем же игроком.

― Господин Лу, игрок удалил сохранение. Полный перезапуск невозможен. Но вы можете пройти обычную виртуальную игру. Желаете создать копию игрока?

― Но ведь копия будет отличаться от оригинала.

― Разумеется. Вы желаете создать копию игрока?

― Нет. Можно как-то связаться с игроком?

― Игра анонимна, господин Лу. Профиль игрока уже удалён. Вы желаете начать новую игру?

― Нет. На сегодня достаточно.

Хань выбрался из кресла и обвёл кабину мрачным взглядом. Что ж, игру он прошёл до конца, пусть и не так, как собирался. Понять бы ещё, что пошло не так, и почему Кай так резко поставил точку.

Пауза
Идёт сохранение игры
Загрузка


В понедельник Хань торжественно нарисовал ещё одну Жэ в календаре. Жэ красовались рядом с каждым днём после того, как игра с Каем закончилась.

В среду Хань сходил на собеседование, прошёл его с блеском, потом дома составлял учебную программу, а вот сегодня ― в понедельник ― ему полагалось провести свои первые занятия. О Кае он не забыл, но пока ничего толком найти не смог. Никаких следов. И в компании тоже было глухо ― информацию об игроках они не открывали.

Ладно, сдаваться рано. Хань перед зеркалом поправил галстук, прихватил папку с конспектами, составленными накануне, и отправился читать первые лекции. Сначала волновался немного, однако быстро втянулся. Теорию он любил всегда, а благодарно внимавшая публика успокаивала. Буяны тоже попадались, но Хань без труда ставил их на место и озадачивал хитрыми вопросами. К полудню Хань мог похватать в университете репутацией требовательного, но приятного преподавателя.

Перед концом рабочего дня Хань сходил перекусить во время перерыва, сверился с расписанием и убедился, что осталась всего одна лекция у группы с курса по управлению системами и программной инженерии. На этом курсе экономика шла дополнительным предметом, так что Хань перевёл дух и даже расслабился.

В аудиторию он зашёл за минуту до начала лекции и малость оторопел: внутри едва набралось бы двадцать человек, и почти все сидели на задних рядах. Точнее, они не просто сидели, они скакали по столам и лавкам и орали. А на одном из столов стояла какая-то штука, напоминавшая ветряную мельницу в миниатюре и трещала. Нет, не вентилятор. Хань вообще не представлял, что это и для чего нужно. Но студенты продолжали скакать и орать, а парочка тех, что потише, слушала треск и что-то записывала.

За столом в первом ряду сидел только один студент. Причём он не просто сидел, а нагло спал, уткнувшись носом в раскрытый учебник явно не по экономике. Вытянул длинные ноги в пятнистых военных брюках, набросил на голову капюшон и спал себе.

Хань кашлянул, привлекая к себе внимание. Студенты мигом слетели со столов, расселись по местам, выключили и припрятали "мельницу" и уставились на него во все глаза.

Аудитория погрузилась в мёртвую тишину. Если не считать шумом тихое сопение умника в первом ряду.

Хань степенно прогулялся к возвышению, где стоял массивный стол, уселся и придвинул к себе справочный модуль. Управление системами и программная инженерия, группа ИС-8456, девятнадцать человек. Лучший студент группы и одновременно её лидер ― Ким Чонин.

― Ким Чонин? ― Хань пробежался взглядом по лицам студентов. Парень у окна торопливо запустил карандашом в того умника, что спал себе в первом ряду. Ноль реакции.

― Чонин! ― зашипели слева.

Умник в первом ряду глухо проворчал что-то, приподнял голову, перевернул страницу в учебнике и снова уснул.

Хань немного привстал и прищурился, чтобы разобрать надписи в книге.

― Пока Ким Чонин увлечённо изучает принципы взаимодействия сложных систем с окружающей средой, кто мне подскажет, на чём вы остановились?

― Равновесие на рынке, ― отозвались с дальних столов.

― Он всегда спит на экономике? ― между делом поинтересовался Хань, ткнув стилом в сторону Ким Чонина.

― Всегда на последних лекциях. Но это не всегда именно экономика. Не обращайте внимания, наставник, он запомнит всё, что вы будете рассказывать, а конспект потом у кого-нибудь перепишет.

Хань поднёс стило к монитору модуля и хотел поставить Ким Чонину отметку "не присутствовал", но передумал. Для начала не мешало бы разобраться в ситуации. Хань отложил стило, поднялся и сбросил пиджак, аккуратно повесил на спинку стула и спустился с возвышения. Он прошёл мимо спящего студента, присел на край стола примерно в центре аудитории и осмотрел бодрствующих студентов. Те настороженно пялились на него и время от времени опасливо переглядывались.

― Управление системами и программная инженерия, верно? Чем вы вообще занимаетесь и что будете делать потом?

― Ну...

― Это сложно.

Из-под столов выволокли недавнюю "мельницу" и показали Ханю.

― Видите? Мы конструируем всякое такое...

― Фигню всякую, ― засмеялись справа.

― Да ну тебя!

― Это шумоуловитель.

― Что-что?

― Улавливает шум и градирует его по мощности.

― И зачем это надо? ― не удержался сразу и от вопроса, и от улыбки Хань.

― Ну так просто... Ну, мы ещё не придумали, где это можно заюзать, но где-нибудь...

― К вопросу равновесия на рынке, кстати, ― хмыкнул Хань, ― для начала вам не мешало бы довести эту штуку до ума, придумать, как её использовать в сложных системах, например, выявить спрос и распланировать процесс производства и распространения. Это на пальцах если.

― То есть... Вы хотите сказать, на этом можно круто заработать? ― посмотрели на него большими глазами студенты.

― Заработать можно на всём. Если подойти к делу с умом. Стало быть, вы что-то там себе придумываете и создаёте?

― Не только. Иногда планируем проведение разных мероприятий с большим количеством конструкторских новинок и шоу, например. Это сложно, правда. Типа управление системами, да.

― Надо же. Зато теперь вы знаете, что экономика лишней для вас не будет. Кто может мне рассказать, как именно вы занимаетесь планированием, и какова в этом роль экономики?

Студенты притихли, потом дружно уставились на безучастную ко всему происходящему спину Ким Чонина.

Хань вздохнул, поднялся и подошёл к соне. Укоризненный взгляд не произвёл на соню никакого впечатления, поэтому Хань ухватился за его плечо и встряхнул. Потряс. Пихнул в плечо кулаком. Основательно потормошил.

Студент отмахнулся от него, неохотно отлепил лоб от учебника, выпрямил руки над головой и сладко потянулся. Лицо закрывал капюшон, зато широкий вырез на мятой кофте позволял любоваться смуглой кожей на крепкой шее и красиво очерченными ключицами.

Хань сглотнул и постарался избавиться от навязчивой мысли ― "Порнография!" Вопрос он повторил исключительно на автопилоте. Студент выполз из-за стола, всё ещё пребывая в мире грёз, кое-как взобрался на возвышение, едва оттуда не загремел, на миг потеряв равновесие, уцепился за трибуну и небрежно сбросил с головы капюшон.

Когда их взгляды встретились, в аудитории вновь повисла мёртвая тишина.

На смуглом лице застыло выражение: "Скажите, что мне это снится". И Хань не представлял, что именно отражалось на его собственном лице.

― Извините, я не готов отвечать, ― буркнул Ким Чонин, немного неуклюже натянул капюшон обратно на голову, кое-как сполз с возвышения и плюхнулся на место, вновь уткнувшись в учебник.

Хань озадаченно обернулся и полюбовался на немую сцену на задних рядах. Как видно, поступок Чонина удивил всех.

Он перевёл дух, пришёл в себя и спокойно принялся читать лекцию о равновесии на рынке. Студенты прилежно конспектировали и слушали. Даже Чонин, который ни разу больше на Ханя не посмотрел. Зато сам Хань почти всё время пялился на низко склонённую над столом закапюшоненную голову и быстро летающую над листом руку, покрытую мелкими царапинами и ссадинами.

Ближе к концу лекции Хань перебрался за свой стол и сунул нос в модуль, убедился, что у группы его лекция на сегодня была последней. Прекрасно.

Ровно в пятнадцать часов дверь аудитории распахнулась по сигналу ― это означало окончание занятия. Студенты шумно засобирались, и Хань громко и злорадно объявил:

― Ким Чонин, а вы, пожалуйста, задержитесь.

Чонин застыл столбиком в двух шагах от выхода. Неужели он наивно полагал, что сможет так легко сбежать? Наверное. Чонин вздохнул и неохотно вернулся на своё место, тоскливым взглядом проводил одногруппников, после чего уставился куда-то в стол.

Хань поправил галстук, спустился с возвышения и закрыл дверь, затем прогулялся к столу Чонина, присел на краю и протянул руку. Кончиками пальцев он коснулся мягкой ткани и медленно сдвинул капюшон, чтобы увидеть лицо с резкими чертами и тёмные волосы.

Чонин слегка отклонился, и рука Ханя беспомощно повисла между ними.

― Что вы хотели мне сказать? ― мрачно поинтересовался Чонин.

― Что тебе не нужно делать вид, будто мы друг друга впервые видим.

― Какой же тогда мне делать вид?

― Никакого. Почему Кай?

― Какая разница? А вы?

― Я?

― Ваше имя, ― слабо усмехнулся Чонин и скосил глаза на Ханя.

― Ты его знаешь.

― Вот как...

Чонин поднялся, закинул на плечо рюкзак с вещами и вновь набросил на голову капюшон.

― Я так понимаю...

― Мы не закончили. ― Хань тоже поднялся и встал перед Чонином, перекрыв ему путь к двери. Тот переступил с ноги на ногу и вздохнул.

― Что вы от меня хотите? Чтобы я извинился за то, что спал с вами в игре? Или боитесь, что я кому-то расскажу об этом? Тогда не бойтесь, я не собираюсь этого делать. Я вообще уважаю игровой этикет. Довольны? До свидания.

И Чонин рванул к выходу. Хань рванул следом, а бегал он всегда быстро, поэтому успел припечатать ладонь к тёмной поверхности и надавить, не позволив Чонину распахнуть дверь.

Капюшон свалился Чонину на плечи, тёмные пряди свесились на лоб, зато на скулах проступил слабый румянец. И когда Хань прикоснулся к его ладони собственной, Чонин резко отдёрнул руку и отступил на шаг назад. Смотрел исподлобья и молчал. Но, судя по сжатым кулакам, невозмутимость его была исключительно внешней, наигранной.

Хань прислонился плечом к двери и скрестил на груди руки, слегка улыбнулся.

― Почему ты сбежал?

― Потому что вы задавали слишком много вопросов. Не тех, какие принято задавать в игре.

― Ты пригласишь меня к себе домой?

― Ещё чего.

― Почему? Живёшь в конуре?

― Именно.

― С удовольствием посмотрю на твою конуру.

Чонин обречённо выдохнул и запрокинул голову, позволив Ханю полюбоваться на умопомрачительную шею и зависнуть на "порнографии", отключив мозги за ненадобностью.

― Что вам от меня нужно?

Хань с усилием вернулся в реальность и отвёл взгляд от шеи.

― Хочу продолжить знакомство, а что? К тому же, в игре отношения у нас складывались не так уж и плохо.

― В игре, ― кивнул Чонин и повёл рукой в сторону аудитории. ― Но это уже не игра. И я не тот, кем вы меня считаете.

И он дёрнул дверь к себе, воспользовавшись секундной растерянностью Ханя. Хань тут же захлопнул дверь опять, защелкнул замок, ухватил Чонина за руку и толкнул спиной к двери. Запустив пальцы в густые волосы на затылке, притянул к себе. Сначала приходилось преодолевать сопротивление, потом стало чуть легче. И Хань прикрыл глаза, когда руки Чонина скользнули по его плечам, остановились на поясе, пока их губы всё ещё соприкасались. В реальности Чонин целовался ничуть не хуже, чем в игре. Те же губы, руки, запах, вкус... Точно такой же.

― Может, ты и не тот, каким пытался казаться в игре, но это не значит, что я должен отказаться от возможности узнать тебя в реальности. Так ты пригласишь меня к себе домой?

Чонин просто разглядывал его и молчал.

― И можешь звать меня просто Ханем, кстати.

― Я живу в портовом квартале, ― после долгой паузы соизволил сообщить Чонин. ― Не в конуре, в плавучем доме. На яхте.

― Морской болезнью не страдаю, ― улыбнулся Хань.

Чонин вздохнул и закусил губу.

― Ну же, что тебя ещё смущает? То, что я старше и твой преподаватель? Ерунда. Ах, да! Постоянные отношения? Тоже фигня. Что ещё?

― Ничего, ― пробормотал Чонин, отвернувшись к двери и попытавшись открыть её. Он замер, когда Хань кончиками пальцев тронул его подбородок, погладил и легонько прикоснулся к губам.

― Зато со мной тебе не нужно будет притворяться и прятаться.

Хань медленно начал отстраняться и довольно улыбнулся, отметив, что Чонина повело следом, будто бы он захотел повторить поцелуй.

― Никогда не ночевал в море.

― Сильно сказано. Порт ― это ещё не совсем море, а плавучий дом ― это уже не яхта.

― Угу, ясно. Подождёшь меня? Хочу пригласить тебя пообедать, а потом ты покажешь мне, что такое плавучий дом.

― Я не...

― Знаю, ты застенчивый и милый мальчик.

Сердитый взгляд Чонина только улучшил настроение Ханя.

― Но этот застенчивый и милый мальчик встретил меня, поэтому он теперь в полной заднице. Напомни мне потом, чтобы я стёр последнюю Жэ. ― Хань набросил пиджак на плечи и прихватил со стола папку с конспектами.

― Что?!

― Неважно, просто напомни. Итальянская кухня? У тебя, кстати, сколько с собой денег? Ой, да не смотри волком, я ж сказал ― ты в полной заднице. Ну так мы идём? Да, ещё... У тебя ведь нет никого? Ну... любовника?

― А если есть?

― Ничего страшного, я просто узнаю, кто он, найду и затрахаю до смерти паяльником. Терпеть не могу конкуренцию. Давай я тебе про монополию расскажу? А я всё равно расскажу. Так вот, монополия ― это...

Завершение игры
Для выхода нажмите Escape


@темы: fanfiction, K-pop, EXO, CVG: random

URL
Комментарии
2014-06-29 в 18:29 

garbu-shik
:alles: вы коварны, автор, как лис :smirk:

Спасибо за то удовольствие, что я получила во время чтения этой истории, да и после - тоже :lol: Это прекрасно *вздыхает и идет перечитывать*

2014-08-18 в 17:43 

Корейский Песец
I have another wind to ride ©
garbu-shik, вам спасибо)

URL
     

Песцовая Шуба

главная